Антипсихотерапия. № 22. «Этика диссоциации и полшага вперед»

Мир расколот по разным линиям: ценности, война, политика, религия, миграция, сексуальность. Клиент приходит к нам из этого мира со всеми своими противоречиями, невыносимыми чувствами, травмами, меняющимися идентичностями. Может быть, именно у фасилитатора, в отличие от «психотерапевта» и «психолога», подразумевающего в названии своих специальностей «лечение-заботу» и «смысл-учение», больше возможности вместить всю проблематику потенциального клиента. Особенно если присутствует баланс ответственности в отношениях. Фасилитатору не надо «терапевтировать» и «находить смысл психического». И первое, и второе возникают как побочный эффект сопровождения клиента, как фон их отношений. Задача фасилитатора, впрочем, как и любого другого пси-специалиста, не в том, чтобы стать «сверх-нейтральным», «сверх-включенным» или «безусловно-этичным», а в том, чтобы понимать свои ограничения и сохранять постоянство, особенно при длительных отношениях с клиентом.

Фасилитатору следует задать себе вопрос: «Готов ли я работать с этой проблематикой именно сейчас?». У него могут быть свои культурные, религиозные, политические, личные ограничения. Они не делают его плохим специалистом, может, даже наоборот — дают особую чувствительность в некоторых областях, которая может быть использована для лучшего понимания клиента, но одновременно эта чувствительность служит препятствием для работы с «резонирующими» клиентами. Если фасилитатор понимает, что какая-то тема клиента (политические взгляды, религиозные установки, гендерный выбор) будет слишком сильно влиять на него эмоционально, то он имеет право сказать клиенту: «У меня есть важные ограничения для работы с вами, и поэтому коэффициент полезного действия (КПД) меня как пси-специалиста будет ограничен». Кстати, я не думаю, что это неминуемо ведет к обрыву отношений. Не обязательно надо направлять клиента к другому специалисту. Может, клиент согласится на сниженное КПД, что потребует от фасилитатора дополнительных усилий в плоскости супервизий, личной терапии или специального обучения. Важно, что в этой ситуации клиент и специалист отдают себе отчет в ограничениях и почему они остаются вместе.

На мой вкус, клиент обладает большей свободой выбора: он может уйти без объяснения причин, но специалист должен стремиться сохранить рабочие отношения, если польза потенциально превышает негативные последствия. В модели «безграничных психологов» клиент может искать специалиста в любой точке мира, из более консервативной или либеральной страны, имеющего схожий опыт или профильную специализацию. Доступный интернет и развитие ИИ-перевода будут еще сильнее стирать границы между клиентом и пси-фрилансером. Если говорить о русскоязычном пространстве, то на сегодняшний момент картина выглядит вполне оптимистично. Много специалистов предлагают психологические услуги, не в последнюю очередь это связано с миграцией и тем, что психология становится привлекательной и доступной профессией, в том числе дополнительной специальностью. Конечно, это рождает свои сложности, которые постоянно обсуждаются в обществе и пси-сообществах, но есть факты, которые заставляют относиться к этому положительно. Потребность в пси-специалистах будет расти, и даже бурное развитие ИИ и психофармакологии (это только потенциально) вряд ли смогут компенсировать пессимистические тенденции последних десятилетий в сфере психического здоровья. Свобода и многообразие нам в помощь, несмотря на проблемы с качеством и эффективностью, которые всегда относительны. Сейчас мы все чаще выбираем не между хорошим и плохим, а между плохим и недостаточно хорошим, а если быть совсем честным — между плохим и очень плохим.

Новое исследование Global Burden of Disease Study 2023, опубликованное 21–23 мая 2026 года в журнале «The Lancet», показывает, что в 2023 году в мире около 1,17 млрд живут с психическими расстройствами. Это почти вдвое больше, чем в 1990 году. Психические расстройства стали ведущей причиной инвалидности в мире, обогнав опорно-двигательные нарушения, травмы, онкологию. Основной рост произошел за счет тревожных и депрессивных расстройств. Шизофрения тоже входит в ТОП-25 показателей, но главная психотерапевтическая перспектива в тревожно-депрессивных расстройствах, где психология может быть альтернативой фармакотерапии или частью комплексной терапии. Исследование провели ученые Institute for Health Metrics and Evaluation Университета Вашингтона в сотрудничестве с Университетом Квинсленда. Это самое масштабное исследование, затронувшее 204 страны в период с 1990 до 2023 гг.