Выгорание в помогающих профессиях принято считать неизбежной «платой за эмпатию», но фасилитаторы скорее плавятся. Специалист в государственном учреждении, агрегаторе, частной клинике или центре выгорает от явного или скрытого прессинга: контроль, нагрузка, бюрократия, «несправедливая» оплата, особенности корпоративной культуры, невозможность отказать «сложному» клиенту или вероятность стать крайним при возникновении конфликта с ним. Наемного работника система не очень-то защищает, хотя может помогать ему в целях достижения большей прибыли.
У фасилитатора есть полная власть над своими нагрузкой и ценой. Бюрократия и корпоративная этика ему чужды, если это не имеет отношение к профессиональной организации, в которой он состоит. Но это все-таки не имеет прямого отношения к работе. Выбор клиента и количество нагрузки определяется конфликтом между жадностью специалиста и его ленью. Все это, конечно, неплохо защищает от выгорания, но не спасает от перегрева.
Главные риски фасилитатора:
Одиночество, которое, с одной стороны, связано с отсутствием команды и сопутствующих систем репарации от работодателя: обучение, супервизии, командный фактор. Мы можем сколько угодно быть недовольными системами, но они, кроме того, еще объединяют и формируют идентичность. Впрочем, современный интернет позволяет иметь коммуникацию с кем угодно и формировать любые профессиональные отношения и сообщества. С другой стороны, в одиночестве есть свои удобства, которые сами по себе способствуют социальной отгороженности специалиста. Это удобство может вступать в бессознательный конфликт с психотерапией как практикой, способствующей объединению людей.
Размытые границы, когда работа из дома легко превращается в жизнь на конвейере. Свобода и удобство могут стать ловушкой, которая повышает градус деформации. Конечно, никто не мешает нам распорядиться своим временем и пространством. Можно снять офис для работы или четко разграничить время «для денег» и для себя. Но это может оказаться сложной задачей, так как трудно перенастроить конвеер. Иногда понятное желание выделить себе обеденный перерыв может реализовываться месяцы или годы. Инерция и жадность способствуют этому.
Иллюзия всемогущества и грандиозности как оборотная сторона свободы. Изолированность, оторванность от сообществ и профессиональных групп подкрепляет нарциссизм и переоценку своих возможностей. Хорошо быть уверенным в себе, так легче и приятнее работать, да что там работать — жить! Но всегда ли нагрузка адекватна по численности клиентов, их сложности, времени на восстановление? Мы можем сбрасывать со счетов наши психические и физические ограничения, так как нам всё под силу. Наша энергичность может отражать силу наших маниакальных защит, которые становятся не только крепостными стенами, но и правом.
Денежный капкан. В начале практики фрилансеру необходимо набрать стабильный доход для элементарного выживания и профилактики профессионального краха. Это может стать навязчивостью — конвертировать свободное время в деньги. Мы копим деньги на завтрашний день, забывая жить в настоящем. Наверно, это свойственно любому современному человеку, ориентированному на успех. Сюда же можно отнести ситуацию, когда личную терапию и супервизию постоянно откладываешь «на потом» из-за жадности ко времени или деньгам. Приходя к условной стабильности, мы забываем об обратной конвертации: деньги в свободное время.
Выгорание фасилитатора — это внутренний дисбаланс капиталов: эмоционального и финансового. Когда мы тратим больше, чем восполняем, или когда гонимся за доходом, игнорируя собственные ограничения. Фасилитатор выгорает, потому что плохо управляет своим главным активом — своей свободой. Хотя у него для этого гораздо больше инструментов, чем у любого сотрудника системы.
Исходя из моего информационного пузыря, я вижу фрилансеров, которые более довольны своей жизнью, чем сотрудники разных систем. Особенно хорошо это чувствуют те, кто успел поработать в государственных или частных системах. Мы тоже перегреваемся, но не выгораем.