В практике довольно часто встречается ситуация, когда клиент говорит нам примерно следующее: «Я приношу к вам какой-то бессмысленный словесный понос. В голову лезет всякая ерунда. Я прихожу сюда, чтобы говорить о чем-то важном, но я помню только то, что касается работы, всякой домашней суеты и прочих глупостей. Какой смысл говорить об этом?».
Если такой пассаж возникает на первых сессиях, то можно использовать технику объяснения, которая будет похожа на маленькую психообразовательную программу, где я попробую объяснить клиенту, почему говорить обо всем полезно, и что ерунда всегда очень относительная категория, что в кучах разного словесного мусора зарыты настоящие жемчужины. Если я их найду, то обязательно поделюсь ими с клиентом. И чем больше будет мусора, тем больше у меня шансов найти сокровища.
Если же клиент задает мне подобный вопрос, когда он уже имел опыт заваливания меня всяким мусором, особенно если от этого он уже успел получить положительный результат, то я использую другую тактику. Тогда я вижу в подобном вопросе клиента сопротивление сотрудничеству, нашей договоренности говорить обо всем. Скорее всего, речь идет об изменении характера переноса от объектного к нарциссическому. При этом клиент не становится психотиком — клиентом, использующим преимущественно примитивные психологические защиты. Но в текущий момент наших психотерапевтических отношений в области нашего сотрудничества он теряет контакт с реальностью: мы договорились, что он будет говорить обо всем, чтобы я хорошо делал свою работу. То есть бессознательно клиент не готов к тому, чтобы я ему лучше помог. Для этого у него есть весомая причина — его негативные чувства ко мне. А может и позитивные, но от этого моему клиенту не легче. Он защищается от этих чувств и начинает «капризничать» про ерунду.
В этой ситуации я могу попробовать использовать интерпретацию, особенно если эта ситуация повторяется и я могу предложить своему клиенту достаточно красноречивую конструкцию. Но, во-первых, это не всегда срабатывает, а во-вторых, может быть, у меня такой конструкции нет. Но зато всегда есть способ разрешить сопротивление говорить ерунду. Обычно я использую технику присоединения, вводя в нее принцип «сверхширокой» реальности, с которой трудно спорить даже в нарциссическом переносе и частичной утратой контакта со «сверхузкой» реальностью. Поэтому если клиент говорит мне, что он не готов говорить о всякой ерунде, а важные вещи ему не приходят в голову, то я ему отвечаю примерно следующее: «У человека есть только две важные вещи — это его рождение и смерть. Но про первое мы практически ничего не помним, а про второе практически ничего не знаем. Вот и получается, что между этими двумя важными событиями проходит вся наша жизнь, состоящая практически из одной ерунды. Поэтому если вы пришли на психотерапию, то вы будете говорить только о ерунде. И, кстати, мы будем двигаться быстрее, если вы будете рассказывать каждый раз новую эмоционально-значимую ерунду».
После подобной интервенции сопротивления говорить ерунду разрешается, или мы переходим к обсуждению его сути — невозможности клиента рассказать о некоторых чувствах к психотерапевту.