Долго не мог ухватить нарциссизм как особенность характера клиента. Для меня этот характерологический типаж долго оставался в серой зоне клинической неопределенности. Было более-менее понятно с нарциссическим периодом развития, нарциссической защитой, нарциссическим неврозом, но вот к нарциссу-человеку было много вопросов. Может быть, потому, что я не причисляю себя к любителям, ценителям и знатокам различных типологий. В первую очередь потому, что не вижу в этом большой клинической ценности: демонстративные, параноидные, шизоидные и другие личностные радикалы могут угадываться с первых минут первой встречи с клиентом, но они мне не помогают в управлении терапевтическим процессом. Можно сразу представить, как истерик, параноик, шизоид будут защищаться от прогресса в терапии, но в итоге все будет сводиться к знакомым: расщеплению, проективной идентификации, отрицанию, нарциссической защите, сексуализации, соматизации и к психотическим симптомам. Все эти защиты будут проявляться актуальными сопротивлениями клиента через специфику его мировоззрения, профессионального бэкграунда, социальных особенностей и текущей обстановки вокруг. И вот это актуальное сопротивление мне надо будет разрешать на каждой сессии, используя разные техники и приспосабливая их под конкретную клиническую ситуацию. Характер клиента мне мало будет помогать в подборе инструментов.
Заглядывая в глубину нарцисса, главной его бедой видится жадность. Его травма в том, что в раннем периоде его не насытили любовью, вниманием и заботой. Не столько повредили его формирующееся Эго, сколько внесли в него сильную потребность восполнения дефицита. Когда нарцисс вырастает, то постоянно пытается удовлетворить этот дефицит любыми способами. При этом стратегии удовлетворения не имеют отношения к нарциссической защите Х. Сотница — картина обратная. Нарцисс не разрушает свой психический аппарат, а использует его, чтобы получить желаемое извне. При этом он легко проявляет агрессию, часто не считаясь с последствиями. Ибо для него острый дефицит смертеподобен: «токсины» обиды, ярости, ненависти разъЯДают его. Через его поведение они отравляют всё вокруг, превращая самого нарцисса в токсичного человека. Его психические контейнеры не способны удержать яд негативных эмоций. При этом нарцисс понимает, насколько он может быть разрушительным. Например, легко может представить, как в порыве ярости он успеет убить своего противника, а потом себя. Противником может выступать очень близкий человек, который вышел из очерченной нарциссом (иногда только у себя в голове) территории правил и договоренностей. Нарцисс оказался в дефиците любви и самоуважения — «унизили, обидели, не поверили» и т. д. Возникает невыносимая боль и порыв заткнуть черную дыру дефицита какими-нибудь любовью, признаньем заслуг, восхищением или на худой конец победой в виде морально-физического уничтожения противника.
Нарциссы имеют право на сострадание, которые им непросто получить от этичных, чувствительных, правильных психотерапевтов. Это именно то, в чем они нуждаются наравне с депрессивными и травмированными, с которыми легко быть эмпатичными. Если не класть нарциссов на прокрустово ложе профессионально-обывательских предрассудков, а попробовать принять их во всей противоречивости, то у них появляется возможность изменить свой характер. Черную дыру жадности можно залатать, ибо это не космическое явление (хотя кажется таким), а психического аппарата конкретного человека. Если терапевт предоставляет ему свой психологический контейнер на регулярной взаимовыгодной основе, то результат может быть неплохим. Да, это может занимать не один год. Но это может быть совместное увлекательное путешествие в страну провозглашенного всемогущества и запрещенной тотальный уязвимости. Ну а если быть до циничного честным — ущербности, ибо «рабство черной дыры» является глубоким дефектом, который нарциссы стремятся скрыть от самого себя. И психотерапевту придется сначала принять, потом переварить, а затем регулярно возвращать клиенту в нетоксичном виде удобоваримые интервенции, которые залатывают «черную дыру» дефицита волшебной материей границ и техник.
Непросто психотерапевту работать с клиентами-нарциссами. Этот пост является тестом на такую способность. Если в названии читатель увидел скрытый смысл с отсылкой к (б)анальному юмору — проявилась неочевидная тенденция поливать таких клиентов... грязью. А если вам интересно понять, каким образом ранены нарциссы, тогда дело другое — у вас больше шансов быть подходящим психотерапевтом для них. У вас больше шансов удержаться от отыгрываний-разыгрываний, в коем они большие мастера.
Отдельно про контрперенос, так как нарциссы обычно вызывают много сильных чувств у психотерапевтов. Возможно, потому, что психотерапевты подобны спасателям, которые пришли в этот мир помогать несчастным людям. А нарцисс всем хочет показать, что он самый крутой, и страдает вроде бы не он, а окружающие люди. То, как он справляется со своим страданием, и как он лечит свои раны, вызывают у психотерапевта скорее злость, ярость, отвращение, обиду, зависть, а не сострадание. Если мы не боимся все это переживать в контакте с нарциссом, то мы увидим его голодную страдающую раненую часть. В каком-то смысле это похоже на рану от острого узкого стилета: ранка может быть маленькой, но глубокой и поэтому опасной. При этом нарциссу придется не раз показывать, что нарушение границы негативно влияют на его терапию. Здесь техника эгоистичного отзеркаливания мне кажется незаменимой, ибо нарциссу полезно возвращать его деструктивную агрессию. А вот конструктивную, когда он злость пытается выражать словами не с целью нас разрушить или обмануть, вот ее надо контейнировать.
Еще одна особенность нарцисса – они интуитивно прекрасно балансируют на грани угрозы и соблазнения. Это может выглядеть практически одинаково через пропуски сессии или их неоплату. С одной стороны они угрожают: «Не буду к вам ходить, здесь не за что платить». А с другой соблазняют: «Давайте замнем этот вопрос, так всем будет лучше». Если психотерапевту удастся справиться со своим контрпереносным сопротивлением, то позже он получит свою награду, например, в виде благодарности, когда их характер начнет перестраиваться, и они смогут опираться не на «черную дыру» дефицита, а на прочный фундамент собственных одобрения, уважения, любви. И будут вам потом говорить о том, как важна была для них была рамка сеттинга и доброжелательной нейтральности.
Заглядывая в глубину нарцисса, главной его бедой видится жадность. Его травма в том, что в раннем периоде его не насытили любовью, вниманием и заботой. Не столько повредили его формирующееся Эго, сколько внесли в него сильную потребность восполнения дефицита. Когда нарцисс вырастает, то постоянно пытается удовлетворить этот дефицит любыми способами. При этом стратегии удовлетворения не имеют отношения к нарциссической защите Х. Сотница — картина обратная. Нарцисс не разрушает свой психический аппарат, а использует его, чтобы получить желаемое извне. При этом он легко проявляет агрессию, часто не считаясь с последствиями. Ибо для него острый дефицит смертеподобен: «токсины» обиды, ярости, ненависти разъЯДают его. Через его поведение они отравляют всё вокруг, превращая самого нарцисса в токсичного человека. Его психические контейнеры не способны удержать яд негативных эмоций. При этом нарцисс понимает, насколько он может быть разрушительным. Например, легко может представить, как в порыве ярости он успеет убить своего противника, а потом себя. Противником может выступать очень близкий человек, который вышел из очерченной нарциссом (иногда только у себя в голове) территории правил и договоренностей. Нарцисс оказался в дефиците любви и самоуважения — «унизили, обидели, не поверили» и т. д. Возникает невыносимая боль и порыв заткнуть черную дыру дефицита какими-нибудь любовью, признаньем заслуг, восхищением или на худой конец победой в виде морально-физического уничтожения противника.
Нарциссы имеют право на сострадание, которые им непросто получить от этичных, чувствительных, правильных психотерапевтов. Это именно то, в чем они нуждаются наравне с депрессивными и травмированными, с которыми легко быть эмпатичными. Если не класть нарциссов на прокрустово ложе профессионально-обывательских предрассудков, а попробовать принять их во всей противоречивости, то у них появляется возможность изменить свой характер. Черную дыру жадности можно залатать, ибо это не космическое явление (хотя кажется таким), а психического аппарата конкретного человека. Если терапевт предоставляет ему свой психологический контейнер на регулярной взаимовыгодной основе, то результат может быть неплохим. Да, это может занимать не один год. Но это может быть совместное увлекательное путешествие в страну провозглашенного всемогущества и запрещенной тотальный уязвимости. Ну а если быть до циничного честным — ущербности, ибо «рабство черной дыры» является глубоким дефектом, который нарциссы стремятся скрыть от самого себя. И психотерапевту придется сначала принять, потом переварить, а затем регулярно возвращать клиенту в нетоксичном виде удобоваримые интервенции, которые залатывают «черную дыру» дефицита волшебной материей границ и техник.
Непросто психотерапевту работать с клиентами-нарциссами. Этот пост является тестом на такую способность. Если в названии читатель увидел скрытый смысл с отсылкой к (б)анальному юмору — проявилась неочевидная тенденция поливать таких клиентов... грязью. А если вам интересно понять, каким образом ранены нарциссы, тогда дело другое — у вас больше шансов быть подходящим психотерапевтом для них. У вас больше шансов удержаться от отыгрываний-разыгрываний, в коем они большие мастера.
Отдельно про контрперенос, так как нарциссы обычно вызывают много сильных чувств у психотерапевтов. Возможно, потому, что психотерапевты подобны спасателям, которые пришли в этот мир помогать несчастным людям. А нарцисс всем хочет показать, что он самый крутой, и страдает вроде бы не он, а окружающие люди. То, как он справляется со своим страданием, и как он лечит свои раны, вызывают у психотерапевта скорее злость, ярость, отвращение, обиду, зависть, а не сострадание. Если мы не боимся все это переживать в контакте с нарциссом, то мы увидим его голодную страдающую раненую часть. В каком-то смысле это похоже на рану от острого узкого стилета: ранка может быть маленькой, но глубокой и поэтому опасной. При этом нарциссу придется не раз показывать, что нарушение границы негативно влияют на его терапию. Здесь техника эгоистичного отзеркаливания мне кажется незаменимой, ибо нарциссу полезно возвращать его деструктивную агрессию. А вот конструктивную, когда он злость пытается выражать словами не с целью нас разрушить или обмануть, вот ее надо контейнировать.
Еще одна особенность нарцисса – они интуитивно прекрасно балансируют на грани угрозы и соблазнения. Это может выглядеть практически одинаково через пропуски сессии или их неоплату. С одной стороны они угрожают: «Не буду к вам ходить, здесь не за что платить». А с другой соблазняют: «Давайте замнем этот вопрос, так всем будет лучше». Если психотерапевту удастся справиться со своим контрпереносным сопротивлением, то позже он получит свою награду, например, в виде благодарности, когда их характер начнет перестраиваться, и они смогут опираться не на «черную дыру» дефицита, а на прочный фундамент собственных одобрения, уважения, любви. И будут вам потом говорить о том, как важна была для них была рамка сеттинга и доброжелательной нейтральности.