Мы живем в эпоху фейков, которые заполонили не только информационное пространство, но и наши мысли. Мы привыкаем к разным искажениям и потом не замечаем, как бледно-розовый на светофоре постепенно становится светло-зеленым. Информации становится все больше и больше, и практически нет возможности разбираться во многих вещах глубоко. Нам их приходится принимать как есть, ну, может быть, изредка утруждаться поверхностной проверкой. Мы входим в эпоху «сверхузких» специалистов, когда даже небольшой шаг в сторону делает из тебя абсолютного новичка. А его легко обмануть или задать ему искаженное представление о чем-то, чтобы что-нибудь продать или чтобы кого-нибудь купить, но уже с потрохами.
Для начала, психоаналитические фейки. Некоторые из них становятся путеводными звездами и яркими флагами для неофитов: «идти за клиентом», «не вносить себя в терапию»! И первое, и второе, если не чистый обман, то грязная полуправда. Когда к нам приходит клиент, то аналитик выставляет ему целый набор требований — сеттинг, рамку, в которой будет проходить психотерапия. Некоторые «строгие» психоаналитики предлагают совсем узкий коридор, другие пошире. В этой ситуации очень легко идти за клиентом, только он не может пойти на все четыре стороны. Есть только два направления: вперед через тернии к звездам бессознательно или назад в обрыв терапии. Как не вносить психоаналитику себя в терапию, если внутри него есть теоретические взгляды, практические навыки и контрперенос? Тренд психоаналитической мысли скорее идет в сторону того, что терапия рассматривается как тесное взаимодействие между клиентом и терапевтом. Как такое возможно, чтобы два человека в лодке совсем не влияли друг на друга? Оба «психоаналитических фейка» отражают важные механизмы терапии и задают аналитический горизонт, к которому следует стремиться, и который никогда не достичь. В других популярных областях с фейкалиями все тоже хорошо. Вот парочка популярных для полноты картины.
Взять тот же ИИ: является искусственным, что без сомнения, но является ли интеллектом? К этой полуправде мы относимся как к данности. Мы определяем «интеллект», например, как способность системы ориентироваться в сложной среде, выделять закономерности и действовать на их основе. Все вроде бы верно для двадцать первого века, и сюда неплохо вписывается ИИ. Но в двадцатом веке это было свойство живого, которое обладает сознанием, субъективным опытом и телесностью. Открытый вопрос: «живет» ли интеллект в системе, которая поддерживается искусственно извне миллионами людей, пишущими программы, производящими сервера, обслуживающими дата-центры и так далее?
Мы питаемся фейковой историей или ее скармливают детям. Историей, которая переписывается и интерпретируется в угоду заказчика учебников, политической элиты или вездесущих активистов. Нет «истинной» или «объективной истории», так как даже независимый от чужих требований или гонораров историк излагает ее исходя из своих пристрастий. Некоторые из них даже могут это осознавать и честно писать об этом в предисловии, например, как Вадим Кожинов. Возможно, потому, что он был не столько историком, сколько литературным критиком. А что про бессознательное историков, которые от чистого сердца и темного бессознательного несут историческую пургу совершенно искренне?
Список можно продолжать долго. Чтобы не утонуть в этом фейкалиевом море, приходится балансировать между параноидно-критическим взглядом на мир и хрупким льдом доверия к нему. Чему мне пока еще легко верить — это мирам моих клиентов, независимо от их локации, вероисповедания, политических взглядов, личностных организаций, психиатрических диагнозов, достатка и силы эмоций.
Для начала, психоаналитические фейки. Некоторые из них становятся путеводными звездами и яркими флагами для неофитов: «идти за клиентом», «не вносить себя в терапию»! И первое, и второе, если не чистый обман, то грязная полуправда. Когда к нам приходит клиент, то аналитик выставляет ему целый набор требований — сеттинг, рамку, в которой будет проходить психотерапия. Некоторые «строгие» психоаналитики предлагают совсем узкий коридор, другие пошире. В этой ситуации очень легко идти за клиентом, только он не может пойти на все четыре стороны. Есть только два направления: вперед через тернии к звездам бессознательно или назад в обрыв терапии. Как не вносить психоаналитику себя в терапию, если внутри него есть теоретические взгляды, практические навыки и контрперенос? Тренд психоаналитической мысли скорее идет в сторону того, что терапия рассматривается как тесное взаимодействие между клиентом и терапевтом. Как такое возможно, чтобы два человека в лодке совсем не влияли друг на друга? Оба «психоаналитических фейка» отражают важные механизмы терапии и задают аналитический горизонт, к которому следует стремиться, и который никогда не достичь. В других популярных областях с фейкалиями все тоже хорошо. Вот парочка популярных для полноты картины.
Взять тот же ИИ: является искусственным, что без сомнения, но является ли интеллектом? К этой полуправде мы относимся как к данности. Мы определяем «интеллект», например, как способность системы ориентироваться в сложной среде, выделять закономерности и действовать на их основе. Все вроде бы верно для двадцать первого века, и сюда неплохо вписывается ИИ. Но в двадцатом веке это было свойство живого, которое обладает сознанием, субъективным опытом и телесностью. Открытый вопрос: «живет» ли интеллект в системе, которая поддерживается искусственно извне миллионами людей, пишущими программы, производящими сервера, обслуживающими дата-центры и так далее?
Мы питаемся фейковой историей или ее скармливают детям. Историей, которая переписывается и интерпретируется в угоду заказчика учебников, политической элиты или вездесущих активистов. Нет «истинной» или «объективной истории», так как даже независимый от чужих требований или гонораров историк излагает ее исходя из своих пристрастий. Некоторые из них даже могут это осознавать и честно писать об этом в предисловии, например, как Вадим Кожинов. Возможно, потому, что он был не столько историком, сколько литературным критиком. А что про бессознательное историков, которые от чистого сердца и темного бессознательного несут историческую пургу совершенно искренне?
Список можно продолжать долго. Чтобы не утонуть в этом фейкалиевом море, приходится балансировать между параноидно-критическим взглядом на мир и хрупким льдом доверия к нему. Чему мне пока еще легко верить — это мирам моих клиентов, независимо от их локации, вероисповедания, политических взглядов, личностных организаций, психиатрических диагнозов, достатка и силы эмоций.